Варвара Яковлевна долго не могла найти слов, чтобы заговорить с Викой. Она понимала, что задела и обидела её своей прямотой, но в тот самый момент она не смогла сдержаться. Она вживую себе представила, как та в тапочках и её куртке пытается понять, что же ей делать в метель почти на самой окраине города. Эта картинка заставила её волноваться, и как любая женщина, испытывающая обычный материнский инстинкт, она хотела уберечь Девочку Мечту. Конечно, резкие слова - это не метод, но эмоции захлестнули, и теперь нужно было как-то помириться с Викой, попросить прощения, потому что Варваре Яковлевне было не выносимо смотреть, как та прячет от неё глаза.

Она не стала рассказывать никому о попытке побега, потому что иначе её бы заперли в комнате отдельной, во избежание повторений.

Вика понимала, что всё, что произошло в тот день, осталось в тайне, но не знала, как на это реагировать. Она окончательно замкнулась в себе, и предпочитала не с кем не разговаривать. Даже её контакты с Сашенькой Чертовкой сошли на нет, от чего последняя безмерно страдала, но молчала. Большее время Вика стала проводить в кровати, лежа лицом вниз. Саша подходила и садилась рядом на табурет, мяла в руках кусочки цветной бумаги или зверушек оригами.

Лечащий врач Вики, Сергей Владимирович, не понимал, что с неё происходит. Она приходила на прием и молчала. Она больше не просила поскорее вернуть ей память. Все решили, что это стандартная стадия депрессии, которой были подвержены большинство пациентов. Пока однажды Варвара Яковлевна не уговорила второго врача на отделении, отпустить Девочку Мечту на прогулку.

- Ну, зачем вы об этом просите, не понимаю? У вас есть какие-то на то причины? И, в конце концов, почему у меня, а не у её лечащего врача.

- Пожалуйста, Светлана Николаевна, не больше чем на несколько часов. Я обещаю, что ничего не случится. Я сама прослежу за ней. Принесу ей одежду.

Светлана Николаевна, лучший психолог клиники, не понятно какими судьбами занесённый в неё, качала головой, не понимая причин, но подозревая, что они есть. Уговорить рассказать их по-хорошему не получилось, на подкуп Варвара Яковлевна тоже не поддалась. Принять решения стоило большого труда, а провернуть эту затею тайне от старшего врача ещё сложнее.

Они условились на том, что в субботний день, она разрешит увести Вику на прогулку, но не дольше, чем на четыре часа. Ей идея не казалась, плохой, хоть и вызывала некоторые сомнения в своей полезности.

Варвара Яковлевна убедившись, что осуществить задуманное удастся, а делала она всё это исключительно для того, чтобы подержать Вику крепко за руку, в чем не хотела отдавать себя отчета, она подошла к ней как-то вечером, перед самым отбоем. Сашенька куда-то отлучилась, а Девочка Мечта всё так же лежала лицом в подушку. Варвара Яковлевна подошла и тихо позвала её:

- Вика?

Та не повернула головы и не подняла её с подушки.

- Я договорилась со Светланой Николаевной. Она нас отпустит в субботу погулять. В город, или куда ты сама захочешь.

Девушка приподнялась на руках и посмотрела на медсестру. Варвара Яковлевна продолжила:

- Только об это никто не должен знать. Хорошо?

Она кивнула. Медсестра поднялась и ушла. Её трясло. Она понимала, что затея, которую она считала совершенно безумной, скоро воплотиться. Мечта сбывалась, пусть и так сложно, пусть и всего на четыре часа, но они выйдут из стен клиники, и Вика будет с ней рядом.

Она не прекращала сомневаться в том, что всё сложиться, до самых последних минут, в которые Вика переодевалась в сестринской в принесенную ей одежду. Варвара Яковлевна нашла для неё дивное шерстяное платье из плотной тёмно-синей ткани, купила тёплые колготки, и выпросила у Алевтины Витальевны зимние сапожки, под предлогом сходить в них на выдуманное свидание. Светло-серое клетчатое пальто пожертвовала Светлана Николаевна, которая живо интересовалась подготовкой этого мелкого побега. Шарф и шапку пришлось связать за две ночи самой Варваре.

Ближе к заветному дню Светлана подошла к Варваре Яковлевне и отвела её в сторону для разговора:

- Мне вот кажется, что вы слишком много придаёте значения этой прогулке, как вы считаете?

Медсестра внутренне напряглась, и, стараясь не выдать себя, ответила:

- Да, что вы? Я просто не хочу, чтобы задуманное провалилось. Вдруг девочка и вправду всё вспомнит?

- Не знаю, не знаю, - покачала головой врач. - Надеюсь, вы меня не подведете, Варвара Яковлевна, и не поможете девочке просто сбежать.

Что она себе там подумала, Варвара Яковлевна уточнять не стала, чтобы не расстраиваться. Главным было то, что она разрешила и немного поспособствовала.

Вика одевалась медленно, рассматривая каждую вещь. Сапоги оказались немного больше, чем нужно, а шапку она отказывалась надевать вовсе. Пришлось ей сказать, что так её не узнают, и она согласилась.

Как заправские шпионы на вражеской территории, они выбрались из здания, под прикрытием Светланы Николаевны. Та, проводила их до ворот клиники, и вернулась обратно, чтобы встретить спустя четыре часа. Вика весь путь не поднимала головы и, только отойдя метров на сто, спросила:

- А куда мы пойдём?

- Туда, куда ты хочешь, - твёрдо ответила Варвара Яковлевна.

Девочка Мечта подняла голову и оглядела белое снежное поле, которое расстилалось вплоть до самых гаражей, за которыми начинался город.

- Я здесь ни разу не была, - смущёно сказала Вика, - но, может быть, я была где-то дальше.

Медсестра, взяла её за руку и повела к автобусной остановке. Девушка послушно двигалась за ней.

- Мы сядем в автобус и поедем. Смотри в окно и если узнаешь знакомые места, сразу скажи. Мы выйдем, - наставляла её Варвара.

- Угу, - пробубнила она, - хорошо.

Ехали они долго, до самого кольца, но Вика, всматривающаяся в замерзшее окно, так ни разу и не попросилась выйти. На кольце медсестра уговорила её пересесть в обратную сторону. Катаясь, они потеряли полтора часа, проголодались и немного озябли. Варвара Яковлевна, предложила Вике зайти к себе, чтобы погреться и перекусить.

Совсем упавшая духом, Девочка Мечта согласилась и, молча, плелась следом.

- Я никогда ничего не вспомню, - повторяла Вика, как заведённая, - никогда и ничего. Меня никогда не выпустят из клиники, я никчемный человек. Я никогда ничего не вспомню.

Варвара не отвечала, она сжимала замерзшую ладошку девушки, и думала о том, что это хорошо, что значит, она никогда не уедет из клиники, и они будут часто видеться. Она испугалась своих мыслей, когда они вошли в подъезд её дома и она подумала, что можно её не отправлять в больницу обратно, а оставить у себя.

Усадив Вику, на хлипкий стул на кухне, она уговаривала себя не думать так. Светлана Николаевна знает, где их можно искать, и для настоящего побега, уже потеряно слишком много времени. Варвара наливала чай, резала хлеб, делая вид, что её ничего не беспокоит, и вдруг резко села и заплакала. Тихо, как умеют плакать только покинутые всеми старушки.

- Варвара Яковлевна, - как будто очнувшись от сна, спросила Вика, - что с вами?